ВЛАДИМИРСКИЙ БОГОРОДИЦЕ-РОЖДЕСТВЕНСКИЙ МОНАСТЫРЬ

Бобренев Богородице-Рождественский монастырь (Россия) — описание, история, расположение. Точный адрес и веб-сайт. Отзывы туристов, фото и видео.

  • Горящие туры
    в Россию

Богородице-Рождественский мужской монастырь Коломны, известный также под названием Бобренев, — камерная, светлая и очень тихая обитель, расположенная в нескольких километрах от города, на противоположном берегу Москвы-реки. Его история тесно связана с одними из самых почитаемых православных святых — Сергием Радонежским и Дмитрием Донским: преподобный Сергий благословил святого благоверного князя на строительство обители в благодарность Богородице за победу над Мамаем. За более чем 600-летнюю историю монастырь знал взлеты и падения, и сегодня только возрождается от забвения в годы советской власти. Несмотря на то, что реставрационные работы еще ведутся, здесь можно посетить главный храм во имя Рождества Богородицы с удивительной акустикой и поклониться чудотворной Феодоровской иконе Божией Матери, особо почитаемой русскими государями.

Допетровское время[ | ]

Монастырь был основан в 1386 году супругой князя Андрея Серпуховского и матерью князя Владимира Храброго — княгиней Марией Константиновной, которая постриглась здесь в монахини перед смертью в 1389 году под именем Марфы. Первое время находился на территории Московского кремля и носил имя монастырь Рождества Богородицы на Рву

[2]. Существует также версия, что монастырь с момента основания располагался на берегу реки Неглинной, у Кучкова поля, во владениях князя Владимира Андреевича Серпуховского[3].

В 1430-х годах в монастыре приняла постриг под именем Евпраксия княгиня Елена Ольгердовна, супруга князя Владимира Храброго[4], она была похоронена, согласно своему завещанию, на монастырском кладбище в 1452 году. Княгиня Елена пожертвовала обители села с деревнями.

Одноглавый каменный собор Рождества Пресвятой Богородицы был возведён в 1501—1505 годах в традициях раннемосковского зодчества[3]. После пожара 1547 года в течение 150 лет был окружён пристройками, исказившими первоначальный облик.

25 ноября 1525 года в Рождественском монастыре была насильно пострижена под именем София жена Василия Третьего Соломония Сабурова. Она жила в обители до перевода в суздальский Покровский монастырь.

Летом 1547 года во время сильного московского пожара сгорели постройки монастыря, пострадал каменный собор. Он был вскоре восстановлен по обету царицы Анастасии Романовны — жены Ивана Грозного. По приказу самого царя в южной алтарной апсиде был создан Никольский придел[3].

В 70-х годах XVII века Рождественский монастырь стал местом погребения князей Лобановых-Ростовских: к собору с востока была пристроена их усыпальница. В XIX веке она получила второй этаж, в котором находилась монастырская ризница[3].

В 1676—1687 годах на средства княгини Фотинии Ивановны Лобановой-Ростовской был возведён каменный храм святого Иоанна Златоуста с трапезной и приделами святого Николая, праведного Филарета Милостивого и святого Димитрия Ростовского. На её же средства в 1671 году выстроена ограда из камня с четырьмя башнями[5].

Заказ поминовений

Богородице-Рождественский монастырь и храм святителя Николая Чудотворца в Звонарях – подворье Пюхтицкого монастыря

Русская зима в этом году всё никак не наберёт свою законную силу. Но погода, тем не менее, далеко не летняя. Дабы не подвергать прихожан нашего храма переохлаждению, было решено в зимний период сосредоточиться на святынях, можно сказать, шаговой доступности. Тем более, что Первопрестольная святынями изобилует. 12 декабря большая группа паломников нашего храма во главе со священником Павлом Каревым посетила Богородице-Рождественский ставропигиальный женский монастырь и храм Святителя Николая в Звонарях – патриаршее подворье эстонского Пюхтицкого Свято-Успенского ставропигиального женского монастыря, всё на московской улице Рождественка.

Ставропигия в прямом переводе с греческого означает «водружение креста». В Церкви ставропигия означает статус, присваиваемый, как правило, православным монастырям и делающий их независимыми от местной епархиальной власти и подчинёнными непосредственно Патриарху.

Богородице-Рожде ственский монастырь был основан в 1386 году супругой князя Андрея Серпуховского и матерью героя Куликовской битвы князя Владимира Храброго – княгиней Марией Константиновной. Княгиня Мария Константиновна и постриглась здесь перед смертью с именем Марфы в 1389 году. Со временем обитель дала и имя улице, которая первоначально была дорогой, ведущей к монастырю. Нынешний главный монастырский каменный собор Рождества Пресвятой Богородицы был возведён в 1501-1505 годах на месте прежнего, от которого сохранились остатки кладки фундамента.

В 1525 году в Рождественском монастыре под именем София была насильственно пострижена жена Василия Третьего Соломония Сабурова. Монахиня София здесь жила до своего перевода в Покровский монастырь в Суздале. Впоследствии Соломония Сабурова была канонизирована Русской Православной Церковью как преподобная София Суздальская (память 29 декабря (16 декабря по старому стилю). Икона преподобной Софии Сузлальской с частицей мощей — ныне одна из святынь московской обители.

Во второй половине XVII века монастырь стал местом погребения князей Лобановых-Ростов ских. Княжеская семья поддерживала обитель. Так, каменный собор святого Иоанна Златоуста был построен в 1676-1687 годах стараниями княгини Фотинии Ивановны Лобановой-Ростов ской. Также на её средства возвели каменную ограду с четырьмя башнями.

В XIX – начале XIX века в Рождественском монастыре построили колокольню с надвратным храмом священномученика Евгения, епископа Херсонского (1835-1836 годы, в стиле позднего классицизма) и трапезный храм Казанской иконы Божией Матери в русско-византийс ком стиле (1904-1906 годы). Своды и стены храма Казанской иконы Богородицы выполнены в стиле художественной школы конца XIX — начала XX века (модерн).

В 1922 году монастырь закрыли. Игумения Ювеналия и несколько сестёр оказались в ГУЛАГе. Большинство из них в 30-е годы были замучены и убиты. К Собору новомучеников и исповедников Церкви Русской впоследствии была причислена инокиня обители Татиана (Бесфамильная).

В монастыре размещались различные учреждения, часть келий отдали под коммунальные квартиры. Некоторым монахиням разрешили остаться в бывшей обители. Две насельницы жили на территории монастыря до 1970-х годов.

В советские годы были уничтожены монастырское кладбище (вместе с могилой основательницы) и сад, снесена часть стен. Многие постройки не ремонтировались и пришли в полное запустение.

В 1974 году часть построек Рождественского монастыря была передана МАРХИ для организации музея-заповедник а древнерусского искусства и зодчества. Была проведена реставрация колокольни и Рождественского собора, где разместился архив одного из научно-исследова тельских институтов. В конце 1980-х годов некоторые помещения заняли различные фирмы и арендаторы.

В 1989 году храм Рождества Пресвятой Богородицы вернули Русской Православной Церкви. В 1993 году было принято решение о возрождении древней обители. Первыми насельницами монастыря стали монахини из эстонского Пюхтицкого монастыря. Настоятельницей Богородице-Рожде ственской обители с первых дней стала монахиня Викторина (Перминова), в 1998 году возведённая в сан игумении. В монастыре непрерывно ведутся реставрационные работы. Уже восстановлены в основном все храмы монастыря, кроме собора святителя Иоанна Златоуста, где для начала каких либо работ необходимо пройти бесконечное количество различных согласований.

Многие наши паломники пришли в монастырь раним утром на Божественную литургию, где священнику монастыря отцу Роману Чистикову сослужил и наш священник Павел Карев, исповедались и причастились. Прихожане нашего храма приложились к святыням монастыря, среди которых помимо уже упомянутой иконы преп. Софии Суздальской ещё частица мощей св. великомученика Георгия Победоносца в ковчеге, икона святого великомученика и целителя Пантелеимона с частицей мощей святого, чудотворная икона святого праведного Симеона Верхотурского с частицей мощей, другие реликвии обители. По окончании богослужения, в полдесятого началась экскурсия по монастырю, которую замечательно провела насельница обители матушка Сергия. На наших паломников огромное впечатление произвела неспешная монастырская служба, храмовые иконы и святыни, экспрессивные образы трапезного храма, размах реставрационных работ.

По окончании экскурсии наши паломники перешли в находящийся неподалёку храм Святителя Николая Чудотворца в Звонарях.

Первая церковь на месте современного храма появилась ещё во времена Иоанна Грозного. Это был деревянный храм Николы Божедомского, так как при нем был организован «убогий дом», куда зимой свозили тела умерших бродяг и утопленников, людей умерших несчастной смертью и оставляли до весны до следующего захоронения. Неоднократно горевший храм с 1657 года уже перестроен как каменный. Постепенно на Рождественке образовалась Звонарская слобода, в которой селились звонари колокольни Ивана Великого и сторожа кремлёвских церквей, отчего храм и стал называться «Никола в Звонарях». Это наименование было официально закреплено в 1677 году. В 1760 году на деньги графа Ивана Иларионовича Воронцова (имевшего усадьбу неподалёку) по проекту архитектора Карла Бланка начато строительство храма в стиле барокко с небольшим влиянием классицизма. Строительство было окончено в 1781 году.

В 1933 году храм был закрыт. В его помещениях размещался склад. Неоднократно возникала угроза сноса. С середины 1960-х в здании храма размещалась кафедра рисунка МАРХИ.

В 1993 году Святейший Патриарх Алексий II подписал указ об образовании при храме Святителя Николая в Звонарях подворья Пюхтицкого монастыря. Работы по восстановлению храма начались в 1994 году, а в 1996 году Святейший Патриарх Алексий II совершил великое освящение главного престола и двух боковых приделов храма. Настоятельницей подворья является игумения Филарета (Смирнова), многолетняя помощница покойного Патриарха.

Главный престол храма ныне освящён в честь Благовещения Пресвятой Богородицы. Именем святителя Николая назван один из боковых приделов. Другой придел освящён в память Усекновения главы Иоанна Предтечи.

В восстановлении храма, создании монашеской общины, вплоть до своей кончины в 2012 году принимала участие матущка Адриана (Малышева), начало духовной жизни которой неразрывно связано с нашим храмом Воскресения Словущего. Непростой жизненный путь матушки Адрианы отражён в книге «Монахиня из разведки», которую ещё некоторое время назад можно было приобрести в книжной лавке нашего храма.

Святыни храма: чтимые иконы Успения Божией Матери и Богородицы «Взыскание погибших». Икона Богородицы «Взыскание погибших» была пожертвована церкви одной дворянской семьёй в начале XIX века. После закрытия храма она долго блуждала по хранилищам разных разоряемых властями московских церквей, пока не была спасена одной благочестивой женщиной и не передана ею в 1981 году в эстонский Пюхтицкий монастырь. При создании московского подворья монастыря икона, совершив такое непростое путешествие, вновь заняла своё законное место в храме Святителя Николая в Звонарях.

Удивительна очевидная духовная связь нашего храма Воскресения Словущего и храма Николы в Звонарях. Это было отмечено всеми участниками нашего паломничества. Выйдя за ограду подворья наши прихожане вновь окунулись в шумную и суетную жизнь огромного мегаполиса…

Монастырь в XIX—XX вв.[ | ]

В 1835—1836 годах над Святыми вратами была построена колокольня с церковью священномученика Евгения, епископа Херсонского (проект Н. И. Козловского, церковь устроена на средства С. И. Штерич).

В начале XX века были построены трёхэтажные здания келий, в которых размещались классы церковно-приходской школы. В 1903—1904 годах по проекту архитектора П. А. Виноградова была проведена реконструкция церкви Иоанна Златоуста и возведена трапезная монастыря. В 1904—1906 годах Виноградовым построен храм Казанской иконы Божией Матери с новой трапезной палатой. При монастыре действовали приют для девочек-сирот и церковно-приходская школа.

На территории Богородице-Рождественского монастыря 1 июня 1920 года был открыт Рождественский концлагерь.[6] Параллельно с концлагерем (как отдельное его подразделение) в том же монастыре находилось Рождественское казарменное общежитие принудительных работ, также открытое не позже июня 1920 года. Оно было подведомственно Московскому управлению принудительных работ. Через полтора года после открытия, 19 декабря 1921 года, было принято решение о «ликвидации» лагеря. Заключенные лагеря и общежития были переведены в Покровский лагерь. Количество заключенных в лагере составляло порядка 200–300 человек.

Здесь же находилась центральная больница-амбулатория для лагерей, открытая в 1920 году, которую тюремная инспекция называет «центральной амбулаторией по всем специальностям (глазным, ушным, зубоврачебным, хирургическим и венерическим)». Первым главой больницы был назначен хирург Борис Маркович Жирмунский, талантливый врач, в скором будущем эмигрировавший во Францию, где он стал одним из основателей парижской больницы «Мирабо».

В 1922 году монастырь был закрыт, серебряные ризы с икон сняты (всего вывезено 17 пудов серебра)[7], часть икон первоначально переместили в храм Николы в Звонарях, а позже — в церковь Знамения в Переяславской слободе.

В донесении Патриарху Тихону настоятельницы Московского Рождественского монастыря игумении Магдалины от 2 августа 1923 года сообщалось, что в апреле 1922 года при игумении Октавии левую часть монастыря взял в аренду Комитет Всероссийской помощи воинам — западный и левый трапезный корпус, сестёр «уплотнили до невозможности» — и стали брать с них арендную плату за помещение. Правая сторона монастыря уже занята 3 года — там сначала был лагерь [вероятно, концентрационный], затем милиция, курсанты. К 1 мая 1923 года «Всерокомпом» подал в народный суд прошение о выселении монахинь. Их четыре раза вызывали в суд, где истцу предлагали выделить монастырю помещение, но он настоял на безусловном выселении, и 90 человек, вместе с игуменией были выселены — остались лишь 30 монахинь, работающих в мастерской Комитета, 10 престарелых и 3 — от Главмузея для охраны церкви. Златоустовский храм взят под клуб, трапезная Казанская церковь разорена под столовую того же комитета (ещё пустует), служба только в летнем соборе. Ключи от церкви св. мученика Евгения (под колокольней) — в Главмузее[8].

В монастыре размещались конторские, научные и учебные заведения. В кельях были устроены коммунальные квартиры. Некоторым из монахинь разрешили остаться в бывшей обители, две инокини жили на территории монастыря до конца 1970-х годов. Монастырское кладбище вместе с могилой основательницы обители — княгини Марии Андреевны было уничтожено, часть стен снесена. В 1974 году решением Моссовета Рождественский монастырь был передан МАРХИ для организации музея-заповедника древнерусского искусства и зодчества. После реставрации в Рождественском соборе хранился архив одного из научно-исследовательских институтов[7].

Отрывок, характеризующий Рождественский монастырь (Москва)

Страсть его к государю несколько ослабела в Москве, так как он за это время не видал его. Но он часто рассказывал о государе, о своей любви к нему, давая чувствовать, что он еще не всё рассказывает, что что то еще есть в его чувстве к государю, что не может быть всем понятно; и от всей души разделял общее в то время в Москве чувство обожания к императору Александру Павловичу, которому в Москве в то время было дано наименование ангела во плоти. В это короткое пребывание Ростова в Москве, до отъезда в армию, он не сблизился, а напротив разошелся с Соней. Она была очень хороша, мила, и, очевидно, страстно влюблена в него; но он был в той поре молодости, когда кажется так много дела, что некогда этим заниматься, и молодой человек боится связываться – дорожит своей свободой, которая ему нужна на многое другое. Когда он думал о Соне в это новое пребывание в Москве, он говорил себе: Э! еще много, много таких будет и есть там, где то, мне еще неизвестных. Еще успею, когда захочу, заняться и любовью, а теперь некогда. Кроме того, ему казалось что то унизительное для своего мужества в женском обществе. Он ездил на балы и в женское общество, притворяясь, что делал это против воли. Бега, английский клуб, кутеж с Денисовым, поездка туда – это было другое дело: это было прилично молодцу гусару. В начале марта, старый граф Илья Андреич Ростов был озабочен устройством обеда в английском клубе для приема князя Багратиона. Граф в халате ходил по зале, отдавая приказания клубному эконому и знаменитому Феоктисту, старшему повару английского клуба, о спарже, свежих огурцах, землянике, теленке и рыбе для обеда князя Багратиона. Граф, со дня основания клуба, был его членом и старшиною. Ему было поручено от клуба устройство торжества для Багратиона, потому что редко кто умел так на широкую руку, хлебосольно устроить пир, особенно потому, что редко кто умел и хотел приложить свои деньги, если они понадобятся на устройство пира. Повар и эконом клуба с веселыми лицами слушали приказания графа, потому что они знали, что ни при ком, как при нем, нельзя было лучше поживиться на обеде, который стоил несколько тысяч. – Так смотри же, гребешков, гребешков в тортю положи, знаешь! – Холодных стало быть три?… – спрашивал повар. Граф задумался. – Нельзя меньше, три… майонез раз, – сказал он, загибая палец… – Так прикажете стерлядей больших взять? – спросил эконом. – Что ж делать, возьми, коли не уступают. Да, батюшка ты мой, я было и забыл. Ведь надо еще другую антре на стол. Ах, отцы мои! – Он схватился за голову. – Да кто же мне цветы привезет? – Митинька! А Митинька! Скачи ты, Митинька, в подмосковную, – обратился он к вошедшему на его зов управляющему, – скачи ты в подмосковную и вели ты сейчас нарядить барщину Максимке садовнику. Скажи, чтобы все оранжереи сюда волок, укутывал бы войлоками. Да чтобы мне двести горшков тут к пятнице были. Отдав еще и еще разные приказания, он вышел было отдохнуть к графинюшке, но вспомнил еще нужное, вернулся сам, вернул повара и эконома и опять стал приказывать. В дверях послышалась легкая, мужская походка, бряцанье шпор, и красивый, румяный, с чернеющимися усиками, видимо отдохнувший и выхолившийся на спокойном житье в Москве, вошел молодой граф. – Ах, братец мой! Голова кругом идет, – сказал старик, как бы стыдясь, улыбаясь перед сыном. – Хоть вот ты бы помог! Надо ведь еще песенников. Музыка у меня есть, да цыган что ли позвать? Ваша братия военные это любят. – Право, папенька, я думаю, князь Багратион, когда готовился к Шенграбенскому сражению, меньше хлопотал, чем вы теперь, – сказал сын, улыбаясь. Старый граф притворился рассерженным. – Да, ты толкуй, ты попробуй! И граф обратился к повару, который с умным и почтенным лицом, наблюдательно и ласково поглядывал на отца и сына. – Какова молодежь то, а, Феоктист? – сказал он, – смеется над нашим братом стариками. – Что ж, ваше сиятельство, им бы только покушать хорошо, а как всё собрать да сервировать , это не их дело. – Так, так, – закричал граф, и весело схватив сына за обе руки, закричал: – Так вот же что, попался ты мне! Возьми ты сейчас сани парные и ступай ты к Безухову, и скажи, что граф, мол, Илья Андреич прислали просить у вас земляники и ананасов свежих. Больше ни у кого не достанешь. Самого то нет, так ты зайди, княжнам скажи, и оттуда, вот что, поезжай ты на Разгуляй – Ипатка кучер знает – найди ты там Ильюшку цыгана, вот что у графа Орлова тогда плясал, помнишь, в белом казакине, и притащи ты его сюда, ко мне. – И с цыганками его сюда привести? – спросил Николай смеясь. – Ну, ну!… В это время неслышными шагами, с деловым, озабоченным и вместе христиански кротким видом, никогда не покидавшим ее, вошла в комнату Анна Михайловна. Несмотря на то, что каждый день Анна Михайловна заставала графа в халате, всякий раз он конфузился при ней и просил извинения за свой костюм. – Ничего, граф, голубчик, – сказала она, кротко закрывая глаза. – А к Безухому я съезжу, – сказала она. – Пьер приехал, и теперь мы всё достанем, граф, из его оранжерей. Мне и нужно было видеть его. Он мне прислал письмо от Бориса. Слава Богу, Боря теперь при штабе. Граф обрадовался, что Анна Михайловна брала одну часть его поручений, и велел ей заложить маленькую карету. – Вы Безухову скажите, чтоб он приезжал. Я его запишу. Что он с женой? – спросил он. Анна Михайловна завела глаза, и на лице ее выразилась глубокая скорбь… – Ах, мой друг, он очень несчастлив, – сказала она. – Ежели правда, что мы слышали, это ужасно. И думали ли мы, когда так радовались его счастию! И такая высокая, небесная душа, этот молодой Безухов! Да, я от души жалею его и постараюсь дать ему утешение, которое от меня будет зависеть. – Да что ж такое? – спросили оба Ростова, старший и младший. Анна Михайловна глубоко вздохнула: – Долохов, Марьи Ивановны сын, – сказала она таинственным шопотом, – говорят, совсем компрометировал ее. Он его вывел, пригласил к себе в дом в Петербурге, и вот… Она сюда приехала, и этот сорви голова за ней, – сказала Анна Михайловна, желая выразить свое сочувствие Пьеру, но в невольных интонациях и полуулыбкою выказывая сочувствие сорви голове, как она назвала Долохова. – Говорят, сам Пьер совсем убит своим горем. – Ну, всё таки скажите ему, чтоб он приезжал в клуб, – всё рассеется. Пир горой будет. На другой день, 3 го марта, во 2 м часу по полудни, 250 человек членов Английского клуба и 50 человек гостей ожидали к обеду дорогого гостя и героя Австрийского похода, князя Багратиона. В первое время по получении известия об Аустерлицком сражении Москва пришла в недоумение. В то время русские так привыкли к победам, что, получив известие о поражении, одни просто не верили, другие искали объяснений такому странному событию в каких нибудь необыкновенных причинах. В Английском клубе, где собиралось всё, что было знатного, имеющего верные сведения и вес, в декабре месяце, когда стали приходить известия, ничего не говорили про войну и про последнее сражение, как будто все сговорились молчать о нем. Люди, дававшие направление разговорам, как то: граф Ростопчин, князь Юрий Владимирович Долгорукий, Валуев, гр. Марков, кн. Вяземский, не показывались в клубе, а собирались по домам, в своих интимных кружках, и москвичи, говорившие с чужих голосов (к которым принадлежал и Илья Андреич Ростов), оставались на короткое время без определенного суждения о деле войны и без руководителей. Москвичи чувствовали, что что то нехорошо и что обсуждать эти дурные вести трудно, и потому лучше молчать. Но через несколько времени, как присяжные выходят из совещательной комнаты, появились и тузы, дававшие мнение в клубе, и всё заговорило ясно и определенно. Были найдены причины тому неимоверному, неслыханному и невозможному событию, что русские были побиты, и все стало ясно, и во всех углах Москвы заговорили одно и то же. Причины эти были: измена австрийцев, дурное продовольствие войска, измена поляка Пшебышевского и француза Ланжерона, неспособность Кутузова, и (потихоньку говорили) молодость и неопытность государя, вверившегося дурным и ничтожным людям. Но войска, русские войска, говорили все, были необыкновенны и делали чудеса храбрости. Солдаты, офицеры, генералы – были герои. Но героем из героев был князь Багратион, прославившийся своим Шенграбенским делом и отступлением от Аустерлица, где он один провел свою колонну нерасстроенною и целый день отбивал вдвое сильнейшего неприятеля. Тому, что Багратион выбран был героем в Москве, содействовало и то, что он не имел связей в Москве, и был чужой. В лице его отдавалась должная честь боевому, простому, без связей и интриг, русскому солдату, еще связанному воспоминаниями Итальянского похода с именем Суворова. Кроме того в воздаянии ему таких почестей лучше всего показывалось нерасположение и неодобрение Кутузову. – Ежели бы не было Багратиона, il faudrait l’inventer, [надо бы изобрести его.] – сказал шутник Шиншин, пародируя слова Вольтера. Про Кутузова никто не говорил, и некоторые шопотом бранили его, называя придворною вертушкой и старым сатиром. По всей Москве повторялись слова князя Долгорукова: «лепя, лепя и облепишься», утешавшегося в нашем поражении воспоминанием прежних побед, и повторялись слова Ростопчина про то, что французских солдат надо возбуждать к сражениям высокопарными фразами, что с Немцами надо логически рассуждать, убеждая их, что опаснее бежать, чем итти вперед; но что русских солдат надо только удерживать и просить: потише! Со всex сторон слышны были новые и новые рассказы об отдельных примерах мужества, оказанных нашими солдатами и офицерами при Аустерлице. Тот спас знамя, тот убил 5 ть французов, тот один заряжал 5 ть пушек. Говорили и про Берга, кто его не знал, что он, раненый в правую руку, взял шпагу в левую и пошел вперед. Про Болконского ничего не говорили, и только близко знавшие его жалели, что он рано умер, оставив беременную жену и чудака отца.

Современность[ | ]

Собор Рождества Пресвятой Богородицы был возвращён церкви в 1992 году, богослужения в нем возобновились 14 мая 1992 года. Обители предоставлена ставропигия.

Монастырь был возрождён 16 июля 1993 года, в нём ведутся реставрационные работы. При монастыре существует воскресная школа для детей 4-17 лет. В 2010 году в монастыре открылась бесплатная женская трёхгодичная церковно-певческая школа. В её учебную программу входит изучение катехизиса, литургики, Богослужебного устава, сольфеджио, обихода церковного пения и хоровой класс. В 2011 году при школах в монастыре была создана своя библиотека.

С 1999 года подворьем монастыря является Храм иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость», расположенный в селе Фёдоровское Волоколамского района Московской области.

По состоянию на 2020 год, в обители 30 монашествующих, настоятельница — игуменья Викторина.

  • Трапезная церковь (1904—1906)
  • Церковь Иоанна Златоуста (1676—1678)
  • Собор Рождества Богородицы (1500—1505)
  • Колокольня в стиле классицизма (1835—1836)
  • Церковь Казанской Богоматери (1906)

Литература[ | ]

  • Московский летописный свод, 1389 г.
  • Денисов Л. И. Православные монастыри Российской Империи. М., 1908.
  • Ильенкова Н. В. Собор Рождественского монастыря в Москве: Исследования и реставрация // Охрана и реставрация памятников архитектуры: Опыт работы мастерской № 13. М., 1981. С. 82—88.
  • Ликвидация Рождественского монастыря // Известия. 1923. 16 мая.
  • Токмаков И. Ф. Краткий исторический очерк Московского Рождественского женского монастыря. — М., 1881. — 16 с.
  • Фуфаев А. С. Собор Московского Рождественского монастыря // Архитектурные памятники Москвы XV — XVII вв.: Новые исследования. М., 1947. С. 55—75.
  • Паламарчук П. Г., авт.-сост. Сорок сороков: Краткая иллюстрированная история всех московских храмов… Москва. 1992.
  • Судариков В. А., Чапнин С. В. Православная Москва: Справочник действующих монастырей и храмов… 2-е изд. Москва, 1995.
  • Кондратьев И. К. Седая старина Москвы. Москва, 1996.
  • Чапнин С. В. Православная Москва: Справочник действующих монастырей и храмов. Москва: Изд-во Братства Святителя Тихона, 1999. 256 с.
  • Николаева Т. Е., Судариков В. А., Чапнин С. В. Православная Москва: Справочник монастырей и храмов. М.: Издательство братства святителя Тихона, 2001.
  • Русские монастыри. Том 1. Центральная часть России. М.: Изд-во Троица, 1995
  • 10 монастырей Москвы. Путеводитель. М.: Вечерняя Москва, 2012
  • Монастыри и храмы Русской Православной Церкви. Святые места России. Белорусский Экзархат, 2005

Последующие два столетия в жизни обители

Несмотря на свое начало, насыщенное драматическими событиями, XVII век оказался весьма благоприятным для Богородице-Рождественского женского монастыря. В Москве стало престижным селиться на Рождественке, и на эту улицу, проходившую мимо стен обители, перебрались многие представители высшей знати. Сделавшись постоянными прихожанами храмов, они вносили щедрые вклады в монастырскую казну, что позволило произвести большой комплекс строительных работ и существенно повысило уровень жизни самих сестер.

Последовавшее затем XVIII столетие внесло существенные изменения в экономическое положение обители. В результате проводившейся Екатериной II секуляризации монастырских земель, то есть их отторжения и передачи в государственную собственность, сестры лишились всех обширных земель, пожертвованных им щедрыми вкладчиками. Но в то же время они стали получать государственные дотации, что позволило в определенной степени компенсировать убытки.

Общий вид обители

Примечания[ | ]

  1. Рождественский девичий монастырь
  2. Денисов Л. И. Православные монастыри Российской Империи. М., 1908. С. 505—506; Мазуров А. Б. Духовная грамота вдовы князя Владимира Андреевича Серпуховского Елены Ольгердовны // Вестник Коломенского государственного педагогического института. Коломна, 2006. С. 15.
  3. 1234
    Русские монастыри и храмы : историческая энциклопедия / Сост. и отв. ред. О. А. Платонов. М.: Институт русской цивилизации, 2010. С. 446.
  4. Мазуров А. Б. Духовная грамота вдовы князя Владимира Андреевича Серпуховского Елены Ольгердовны // Вестник Коломенского государственного педагогического института. Коломна, 2006. С. 14—15.
  5. Русские монастыри и храмы : историческая энциклопедия / Сост. и отв. ред. О. А. Платонов. М.: Институт русской цивилизации, 2010. С. 446—447.
  6. Рождественский концлагерь (неопр.)
    . Сайт проекта «Бессмертный барак».
  7. 12
    Русские монастыри и храмы : историческая энциклопедия / Сост. и отв. ред. О. А. Платонов. М.: Институт русской цивилизации, 2010. С. 447.
  8. Архивированная копия (неопр.)
    (недоступная ссылка). Дата обращения 5 июля 2020. Архивировано 25 августа 2020 года.
Рейтинг
( 2 оценки, среднее 4 из 5 )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями: